Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

z

(no subject)

Если нужно со мной связаться-- оставьте пожалуйста личное сообщение.
Меня зовут Саша. В сети меня часто называют Лизой. Как Вам нравится, так и называйте.
Мое имя в ЖЖ получилось случайно, это героиня пьесы Хармса. 
/*Название моего журнала взято из книги Терри Праттчетта  "Light Fantastic". Сircum Fence (мировой забор) --это изгородь, окружающая Плоский Мир по периметру. All things come to Cшrcum Fence eventually (Все на свете рано или поздно прибивает течением к Мировому Забору). */
Девиз журнала -- это цитата из "Песенки" юзера labas
Вот здесь ее можно послушать
В биографии -- "Песня чудака"  Виктора Луферова 
Здесь ее можно послушать. 
На юзерпике со смешным улыбающимся дядькой --  актер Кристофер  Экклстон в роли Доктора Who в культовом британском сериале
На юзерпике с телефонной будкой в космосе -- телефонная будка в космосе. Это Тардис, космический корабль Доктора Who из того же сериала. 
На основном юзерпике сейчас -- я три года назад. Я выгляжу хуже.  
Не всегда отвечаю на комменты, ничего личного. Я все их внимательно читаю (где бы еще это написать?).

ЯCollapse )
Thanksgiving

Хэллоуин-2

(начало)

* * *

-- Все, Хеленка, -- говорит мама и гладит зеркало, пытаясь стереть пыль со стекла. Пыль не стирается, она с другой стороны. -- Убери-ка вещи с пола, мы сейчас его вынесем.
-- Жалко, говорит Хелена без выражения
-- Жалко, -- подтверждает мама. Но как это… суббота для человека, не человек для субботы. Велосипед ставить некуда. И потом зачем нам такое зеркало? А какой-нибудь коллекционер его обязательно найдет, отреставрирует и поставит у себя во дворце, в прихожей.
Хелена вздыхает и начинает подбирать с пола игрушки и книжки. При чем тут суббота, удивляется она про себя.
Перед сном она вдруг вспоминает о юбке и шляпке, быстро переодевается, подбоченивается -- а зеркала нет, вместо него, -- большой кусок пушистого синего пола и белая стена со следами гвоздиков. Она садится на постель и начинает реветь.
-- Хеленка, что случилось?
-- Зеркало жалко, -- всхлипывает Хелена, заливаясь слезами и кашлем. Мама трогает ей лоб и мрачнеет.
-- Ну--ка, открой--ка рот, -- велит она и направляет настольную лампочку прямо Хелене в рот.

Назавтра у Хелены сильная агнина, она сидит в постели и смотрит на перекресток. На этом перекрестке соседи оставляют вещи, которые им не нужны. Это запрещено, но все равно все так делают. Зеркало еще стоит. Хелене очень хочется еще раз посмотреться, но сил нет. Она падает на кровать и засыпает. Когда она просыпается, уже темно, в доме напротив светятся окна, а из кухни слышны голоса родителей. На перекрестке горит оранжевый фонарь, зеракло все еще там, и в оранжевом свете оно кажется декорацией, словно Хелена смотрит в окно на театральную сцену. Завтра погляжусь, думает Хелена и снова проваливается в сон. Назавтра зеркала на перекрестке нет.

* * *

-- Давненько тебя не было видно, говорит мисс Джейс, -- совсем меня забыла?
-- Я уезжала, -- смущенно бормочет Хелена, -- к бабушке.
-- А где бабушка живет?
-- В Брно, -- честно говорит Хелена и внутренне зажмуривается, -- вот сейчас начнется.
-- Бр--что? -- переспрашивает мисс Джейс
-- Б--р--н--о! -- говорит Хелена очень членораздельно и думает, -- ну почему бы бабушке не жить в Париже? Ведь насколько было бы проще!
И добавляет уныло:
-- Это в Чехии. Страна такая. В Европе.
-- О-о-о-о, в Европе! -- курлыкает мисс Джеймс, -- тогда конечно! Это я знаю! У меня племянник ездил в Европу в прошлом месяце. В Португалию. Это ведь недалеко?
-- Недалеко, -- говорит Хелена несчастным голосом, -- рядом совсем.

Мисс Джейс кивает головой удовлетворенно, советует Хелене посмотреть что нового появилось за то время пока она гостила у бабушки, и удаляется вглубь магазина, видимо догрызать ту головку сыра, что начала еще в мае. Хелена выковыривает из кучи тряпья несколько пар перчаток и три сумочки. Все не то, думает она расстроенно. А уже август. Осталось два месяца, и все. Чтобы поднять настроение, она берет на примерку сиреневое платье с рукавами-буфф. Но в зеркале примерочной вместо золотой пыли клубится какой-то невнятный туман, и Хелена отражается в нем неуклюжей и косолапой. А на лбу у нее, оказывается, прыщ. Хелена вешает платье обратно на вешалку и, не простившись с мисс Джейс, выходит из магазина.


* * *

-- У меня есть шаровары, -- хвастается Жанна, -- и кофта вот с такими рукавами, и с золотыми цепочками. Еще с Пурима остались. А на голову мне бабушка чадру сшить обещала.
-- А я куплю, -- категорически отрезает Айрин. -- у меня уже 20 долларов есть. Я на ибее видела костюм черта за сорок пять, успею накопить. Копыта настоящие.
-- Купить -- неспортивно, -- ворчит Хелена. --Купить всякий может, а потом вот выйдешь на улицу, а там все в таких копытах.
-- Да-да-да, -- кивает Жанна, -- и даже какие--нибудь мамки толстожопые.
-- Плевать, -- говорит Айрин. -- все равно это все на один вечер. Мама мне вчера сказала что мы уже слишком большие, чтобы идти за конфетами. Она говорит -- мол лучше приходите к нам, бабушка пирог испечет. С тыквой. А вечером у нас будут танцы на улице, она говорит МакФаррены заявку подали. Куда лучше чем эти конфеты, по моему. А потом будем до утра страшилки рассказывать
-- Так чего -- это с ночевкой? -- одновременно спрашивают Хелена и Жанна
-- А то, -- задирает нос Айрин -- с ночевкой конечно. -- А конфеты, ну их. Мы и правда уже большие.
-- И ириски я не люблю, -- поддакивает Хелена.
-- А я очень люблю, -- говорит Жанна, -- но мы ведь и правда уже большие. Моя мама тоже говорит, мол такие лошади, а собираются по домам ходить, как малыши. Даже как--то неудобно.

(дальше)
Thanksgiving

Хэллоуин-3

(к началу)
(предыдущая часть)

* * *

-- Смотри, -- говорит мама, вот очень подходящие перчаточки. Берем?
-- Да мне наверное не надо, -- говорит Хелена, -- мы вообще--то уже большие для этого всего. Так, наденем что-нибудь символическое… Маску там…
-- Хмф, -- недовольно фыркает мама, -- символическое. Хмф.
-- Тебе не кажется что мы уже слишком большие для того чтобы ходить собирать конфеты? -- вкрадчиво спрашивает Хелена. -- или все--таки еще не очень большие?
-- Мне ничего не кажется, -- отрезает мама. -- Захотите, так пойдете. А перчатки я все равно куплю. И вот эту косметичку.
-- Тогда еще розочку -- просит Хелена -- а туфли не надо, я в сапогах пойду. В твоих. Если можно конечно. Если ты не возражаешь, в смысле.
-- Черт с тобой, говорит мама. -- Поломаешь каблук, убью. Какую розочку?
-- Черненькую -- говорит Хелена. -- а ты себе ничего не купишь?
-- Да как-то… -- запинается мама. -- как-то я насчет маскарадов так, не очень. И потом у меня есть цыганская шаль и серьги-кольца… если вдруг понадобятся.

Но черных тряпичных роз в магазине нет, только красные и белые. Хелена категорически отклоняет предложение розочку покрасить. Все криво, думает она. Все не так, это не та сумка, и перчатки совершенно не годятся -- они коротенькие, а мои должны быть до локтя. И вообще в карнавальном магазине, ненастоящие. А еще и розочку красить, нет уж. Уж либо найдется, либо я и правда уже большая лошадь, а на поиграть шляпы вполне достаточно.
Вечером 30 октября она вдруг вспоминает что у нее нет черной краски для волос. Маскарадные магазины еще открыты, Хелена бросает недоделанную математику и бежит на автобус, пять остановок до центра, в кассе длинная очередь -- кажется полгорода в последний момент вспомнило о том что карнавал уже завтра. Она хватает последнюю бутылочку черного лака для волос и, немного помявшись добавляет к ней белую бумажную розу. Ну и ладно, думает она. Все равно это все не по--настоящему. Покрашу.

* * *

-- Мама, а нарисуй мне шрам на шее, вот тут, -- просит Хелена, -- и немножко крови. Лицо у нее вымазано белым гримом, вокруг глаз синие тени.
-- А кем, -- мама тщательно примеривается и проводит тонкую черную линию по шее и вверх, по хелениной щеке, -- кем собственно ты будешь?
-- Невинной девушкой, вернувшейся домой с собственных похоро-он, -- мрачно бубнит Хелена. -- похоже?
-- Похоже, -- соглашается мама. -- Возьми обязательно платок черный с собой. Чай не май месяц. Проснешься -- сразу позвони. А мы в бар пойдем, раз так. Будем тут без тебя пьянствовать и безобразничать.

Хелена в ответ молчит. Она не любит пьяных, они ей физически неприятны. Они с девчонками уже давно решили что когда вырастут -- ни за что не будут пить. И вина тоже. У родителей такой глупо-счастливый вид делается когда они выпьют, даже у папы. А особенно противно когда пьют бабушкины гости. Такие старые, они должны быть мудрыми -- а они как напьются, начинают орать дурацкие песни и рассказывать истории про свою молодость. Неприличные чаще всего. Или просто глупые. А наутро жалуются что голова болит.

* * *

-- Идиоты, говорит Жанна. Ненавижу когда пьют.
-- Да ну, перестань. А какие у них в жизни радости? И потом вот скажем ирландцы -- они непременно должны пить, -- примирительно говорит Айрин -- помоги мне копыто докрасить, а?
-- Зачем ты их красишь? -- Хелена рассматривает копыто, наполовину ярко-зеленое.
-- Ну…-- Айрин мнется -- ну я решила что как--то это по--дурацки будет, выйдем мы на улицу, а там какая--нибудь корова в таком же костюме как у меня. Я покрасила все в зелененький. Ирландский черт буду.
-- А может… -- говорит Хелена -- может того, сходим все--таки за конфетами?
-- Последний раз, а? -- поддерживает ее Жанна.
-- Да я сама хотела предложить, -- Айрин краснеет, -- последний раз. Не съедят же нас. В крайнем случае конфет не дадут.
Они выходят на улицу и идут в горку, по направлению к Кастро. Викторианские особняки по сторонам и днем--то выглядят как жилище Аддамсов, а сейчас ночь, и тыквы скалятся у каждого подъезда. Стены и лестницы украшены паутиной, из--за углов торчат бледные скелеты, а навстречу попадаются компании из разнокалиберных привидений, суперменов, трупов и драконов с принцессами. Большой и толстый граф Дракула тащит на спине совсем крошечного вампирчика. Вампирчик крепко спит и улыбается во сне, предвкушая конфеты. Некрупный зомби отделяется от одной из компаний и неловко переступая, направляется в сторону девчонок, подвывая.
-- Ууууу! -- говорит зомби -- Хэппи Хэллоуин!
-- Ууууу! -- говорит Хелена -- здравствуй жених мой, я пришла за тобой!
-- Ээээ… -- смущается зомби.
-- Хэппи Хэллоуин! -- вопит Айрин -- вот ты и попался, нечестивый грешник! Где моя большая скороводка?
-- Смотрите, -- говорит Жанна -- вон там тыква горит. Пошли зайдем? А?
(дальше)
Thanksgiving

Хэллоуин-4

(в начало)
(предыдущая часть)
* * *
-- Вау,--говорит Хелена,--нифига себе. Три полных мешка практически.
-- Пойдем, -- говорит Жанна. -- Я замерзла. Пошли конфеты есть! И танцы скоро будут.
У самого подьезда сидит, прислонившись к стене и низко опустив голову, бездомный. Он резко выкидывает голову -- вместо лица у него белая маска с пустыми глазницами. Девицы вскрикивают от неожиданности.
-- Трик-о-трит! Давайте сюда ваши конфеты! -- хрипло хохочет бездомный.
-- Не отдам, -- говорит Хелена. -- Сам собирай.
-- Ну нет, так нет. А может вы мне бутерброд принесете? -- вполне мирно спрашивает бомж, -- праздник все же. С колбаской, м?
-- Ладно, -- ни с того ни с сего говорит Жанна. -- Забирай. Нам все равно вредно.

И отдает весь мешок. И Айрин тоже отдает. Хелене ужасно жаль конфет, но бродягу почему--то жальче, хотя он и сам виноват наверняка. А особенно жалко Жанну, она ириски любит. Хелена молча сует мешок бродяге и сухо говорит:
-- Хэппи хэллоуин. Пойдем, девочки.
-- А я вам подарочек, -- шамкает бомж. Маску он не снимает, поэтому голос звучит глухо, как из--под земли. Хелене вдруг становится очень страшно, она взвизгивает, разворачивается и взбегает по деревянной лестнице к входной двери.
-- Что случилось? -- Элизабет, мама Айрин, стоит в дверях в луче желтого света. Она наряжена ведьмой -- рыжие волосы уложены в хитрое воронье гнездо и заколоты булавками, длинная юбка с лисим хвостом, драная шаль, руки разрисованы кельтскими узорами. -- Девочки, вы в порядке? Мешки где? Вас кто-то обидел? Она протягивает к Хелене руку. На руке вмето ногтей -- желтые когти, а глаза у Элизабет черные, без зрачков. Хелена снова взвизгивает и отдергивает руку.
-- Накладные же! -- смеется Элизабет -- и линзы. Ты чего? Вас испугал кто-то? Таких больших лошадок?
-- Нам подарок дали, -- говорит бесстрашная Айрин и протягивает вперед ладонь. На ладони лежит большой стеклянный шарик. -- Мы его на конфеты сменяли.
-- Ну хорошо, ну и слава Богу, -- рассеянно отвечает Элизабет, -- пирог готов, идите кушать. Конфет у нас и так полный дом.
-- Хеленка, ты что, правда испугалась? -- ржет за спиной Жанна, -- это же просто маска резиновая! И ногти накладные, в маскарадных магазинах такие десять баксов стоят.
-- Нет конечно, -- говорит Хелена -- я просто так, выделываюсь. -- Покажите шарик--то.
-- Щас, -- говорит Айрин. -- Покажу. Пошли во мне в комнату.

Они заходят в темную комтану, Айрин, не зажигая свет, проходит к постели и садится.
-- Не зажигай, -- предупреждает она Хелену. -- Вот идите сюда. Смотрите.
Она держит на ладонях стеклянный шарик. В полутьме кажется, что он слегка светится. С одной стороны в глубине стекла -- черная воронка. Кажется, что воронка значительно больше чем шарик, во много раз больше. Что она уходит куда--то в бесконечность. Черная--черная. Как черная дыра.
-- Я в Тибуроне такие шарики видела, -- говорит Хелена -- в галерее авторского стекла. Они триста долларов стоят.
-- Украл где--то, -- пожимает плечами Жанна -- красивый шарик. Как делить будем?
-- Он сказал… -- медленно и неохотно говорит Айрин, -- он сказал… Только не смейтесь, ладно?
-- Не будем.
-- Обещаете?
-- Нууу…
-- Нет, обещайте. Я дурацкое сейчас скажу.
-- Обещаем, -- маминым тоном говорит Хелена, -- что ты хотела сказать?
-- Короче, это не просто шарик. У каждого из нас по желанию, надо глядеть вот сюда, в черную дыру и можно сказать про себя, необязательно вслух.
-- И загадать до полуночи -- фыркает Хелена.
-- Откуда ты знаешь?
-- А то он в тыкву превратится, -- подхватывает Жанна.
-- Да ну вас! -- Айрин прячет шарик в кулак. -- Как хотите, я сама загадаю.
-- Не. Давай, а вдруг правда? -- говорит Жанна, -- я, тем более, уже придумала что просить.
-- Надо одновременно, -- говорит Айрин, -- а то не исполнится. Раз, два, три, загадываем!
-- Хочу мое старое зеркало! -- неожиданно для себя думает Хелена. -- Тьфу! А перезагадать можно?
-- Можно попробовать… -- с сомнением говорит Айрин. Раз, два…
-- Хочу мир во всем мире! -- думает Хелена изо всех сил.
-- Ну все? Айрин прячет шарик. -- Пойдемте пирог есть?

(окончание)
Thanksgiving

Хэллоуин-5, окончание.

(в начало)
(предыдущая часть)
* * *

Хорошо что Хэллоуин выпал на пятницу. В утреннем автобусе едут рассеянные помятые вампиры, усталые ведьмы, паяцы с расплывшимся гримом, драконы, несущие в руках оторванный в суматохе хвост… Они понимающе улыбаются друг другу и Хелене. Белый грим на щеках у нее стерся, шрам уже не виден, зато тени под глазами размазались на пол--лица, на полосатом чулке стрелка, в руках -- идиотский оранжевый мешок с конфетами. Элизабет сказала что они умнички и добрые девочки, но с Хэллоуина надо приходить с конфетами, иначе неправильно. И сунула ей пакет, как Хелена ни отнекивалась. Она выуживает из пакета шоколадку. Вообще--то вкусно, думает Хелена. И погуляли вчера отлично, весело было. И потанцевали. И пирог был вкусный. И все спрашивали кто она -- а она всем отвечала, загробно так "А я юууная невинная деевушкааа вернувшаяся с собственных похороооон… ". Смешно было.
Хелена выходит из автобуса, добредает до перекрестка. На перекрестке, прислоненное к фонарному столбу, стоит огромное зеркало в зеленой деревянной раме. На стекло падает утренний свет и от этого кажется что внутри него пляшет золотая пыль. Хелена ставит пакет на землю, приподнимается на цыпочки, разворачивается немного боком. Поправляет шляпку. Поводит плечами, романтично закатывает глаза и видит, что на зеркальной раме, сверху, лежит черная бумажная роза. Хелена изгибает спину, протягивает руку, берет розу и милостиво кивает отражению. Отражение кивает в ответ -- и тут звонит телефон. Тьфу.
-- Хеленка, ты домой собираешься?
-- Пап, я внизу. Я нашла зеркало. Помоги мне его поднять наверх, а?
Трубка вздыхает.
-- Можно подумать у нас дома мало мусора. Большое?
-- Нууу… Оно плоское совсем. Большое, да.
-- Ладно, говорит трубка. Сейчас, погоди. Я выйду, посмотрю.
-- Ага, говорит Хелена, -- спасибо-извини-мне-звонят. Чего, Жанна?
-- Хеленка! -- кричит в трубку Жанна, -- ты ни за что не поверишь! Мы сейчас в зоомагазине, выбираем мне настоящую игуану! Они согласились!
-- Вау -- уважительно говорит Хелена. Ничего себе, поздравляю.

* * *

Мэри, думает она, глядя в зеркало в ожидании папы, -- осталась в господском доме служанкой. И вот однажды она перебирала вещи, оставшиеся еще с мирных времен, и нашла в самом дальнем сундуке аккуратно сложенное и пересыпанное нафталином отражение. И отпустила его обратно в зеркало... Интересно, а Айрин что захотела?

Ночь Всех Святых (All Hallows Eve), первоначально -- католический праздник, отмечавшийся на 21 февраля (в конце римского года). Начиная с 7 века нашей эры Ночь Всех Святых стали праздновать в ночь с 31 октября на 1 ноября. Таким образом Католическая церковь предполагала уничтожить приходившийся на тот же день языческий Самайн, гэльский праздник сбора урожая, день перехода от лета к зиме. Считалось,что в ночь Самайна (это слово произносится Сау-инн по-ирандски) исчезают границы между миром живых и царством мертвых. Ожившие мертвецы могут вернуться на землю и натворить бед. Задачей гэлов таким образом считалось запугать и обмануть мертвых -- с одной стороны, и проникнуть в их тайны с дугой. Для этого в день Самайна жгли костры, устраивали шествия и маскарады и гадали. В резутате Хэллоуин превратился в псевдохристианский праздник -- он есть в церковных календарях, но традиция его празднования абсолютно языческая. Друиды были бы довольны.

Традиция празднования Хэллоуина появилась в Соединенных Штатах Америки вместе с ирландскими эмигрантами, и уже отсюда в двадцатом веке распространилась по всему миру (и в Ирландию тоже!). Здесь же сформировался обычай изготовления светильников из тыкв (тыква -- растение Нового Света) и "конфетного шантажа", когда дети в ночь Хэллоуина наряжаются в страшные карнавальные костюмы и ходят по домам и требуют конфет (treat), угрожая устроить хозяину какую-нибудь мелкую пакость (trick), если он им откажет.

В настоящее время в конце октября-начале ноября празднуют целых три праздника -- это собственно карнавальная ночь Хэллоуина, День Всех Святых первого ноября и День Мертвых, почитаемый в испаноязычных странах.

В Массачусетсе, Огайо и Айове ночь Хэллоуина называют Ночью Нищих.